Каневчанки-участницы Великой Отечественной войны

понедельник, 29 марта 2010 г.

Удодова (Гвоздь) Евгения Кузьминична. Юная нянечка

   Евгения Кузьминична Удодова родилась и окончила 10 классов в станице Каневской, педагогический институт в г.Краснодаре. В 14 лет работала нянечкой хирургического полевого госпиталя после освобождения станицы от немецких оккупантов. Работала учителем в дагомысской средней школе и 22 года была преподавателем биологии Краснодарского краевого базового медицинского колледжа (училища). Кандидат педагогических наук.
   Перед вами ее воспоминания.
   До 11 лет я не болела ничем таким, чтобы надо было лечиться в районной больнице. Но однажды упала с абрикоса на кол и потеряла сознание. Очнулась от наркоза на операционном столе и увидела над собой добрые глаза хирурга. Уже в палате узнала от медсестер, что операция у меня была очень сложной, полостная через весь живот. Тогда у меня появилось желание тоже стать врачом и лечить детей.
   То были еще мирные годы, когда военная гроза только назревала. А в конце июля 1942 года в мою станицу Каневскую нагрянул немец...
   После освобождения района в центре населенного пункта развернули военный госпиталь. Под него выделили школу и районную больницу, разгромленную и опустошенную оккупантами. Школа больше походила на грязный хлев с закопченными стенами, разбитыми полами и завшивленными плинтусами.
   Скрести и дезинфицировать помещения взялись школьницы. Среди них была и я вместе с Тасей Фисенко и Ирой Шемет. Им было по 16, а мне 14 лет. Девчонки ходили по дворам станицы, собирая для раненых кровати, матрацы, подушки, дрова для топки буржуек.
   Перед поступлением раненых с фронта начальник госпиталя вызвал нас к себе и предложил поработать санитарками, пообещав за это заплатить.
   Не ради денег, а чтобы помочь ухаживать за ранеными, облегчать их страдания и скорее их вылечить, согласились мы все.
   Я из бабушкиного полотняного халата сшила себе фартук с нарукавниками. В такой одежде и появилась в палате, где уже лежали 16 хлопцев и "дядечек". Ни один из них не мог ходить!
   Круглые сутки я кормила и поила раненых, убирала палату, выносила судна. Ласково разговаривала и улыбалась своим "отцам" и парням, чтобы им было легче переносить боли и страдания.
   Как-то земляк с Кубани неожиданно закрыл глаза и перестал дышать. Я вихрем  добежала до кабинета врача... Но он не смог воскресить погибшего солдата. Я долго рыдала, вытирая передником слезы.
   На дежурства приходила не с пустыми руками: приносила солдатам и офицерам сухофрукты, печеную тыкву, жареные подсолнечные семечки, вязаные носки, варежки и другие приятные мелочи.
   Когда в госпитале не стало дров, а морозы по ночам еще держались, моя "тимуровская" команда выходила на заснеженное колхозное поле и ломала оставшиеся с осени стебли кукурузы и подсолнечника.
   После многочасового дежурства я и все девчонки с трудом добирались до своих хат и, наскоро перекусив, падали в постель, произнося лишь одно слово: "Спать, спать".
   Помимо санитарной работы мы всячески развлекали раненых. Читали им стихи Константина Симонова и других фронтовых поэтов, под балалайку пели частушки, плясали барыню и цыганочку. После таких концертов лица раненых светлели.
   Весной 43-го госпиталь переехал ближе к фронту, и школа освободилась. Мы хотели ехать вместе с ним. Но нам надо было еще учиться.
   Тогда мы не осознавали роль нянь в лечении и выздоровлении раненых: просто работали до изнеможения. Теперь понимаю, какую важную роль играли санитарки в военных госпиталях и больницах по уходу за больными и ранеными, в создании уюта и чистоты в палатах и операционных. Мы были верными помощниками врачам и медицинским сестрам.
Источник:
Забвению подлежит. Т.1. / Адм. Краснодарского края. - Краснодар: Диапазон-В, 2005. - С.207-208.

Комментариев нет:

Отправить комментарий